Вход Регистрация
ГлавнаяСтихи, не вошедшие в рубрики ⇒ Владыка Арконы. Главы 3-8
print

Владыка Арконы. Главы 3-8

Автор: Лев Гущин
Глава 3.

Ученик жреца.

Шло время. Попросту летело!
Всему учил меня Додон.
Я познавал служенья дело.
Учил я Кон, учил Покон,

Законы познавал Арконы,
Обычьев суть, традиций смысл.
Я веры познавал каноны,
Устройство Мира я постиг!

Все сложно было так и просто
В сей жизни путанной людской!
Смешалось все: краса с уродством,
Грех с властью, слабость с чистотой.

В Арконе даже было это!
А что ж сказать об остальных!?
Опутали мир бренный сети
Кощеевы. В местах иных

07.05.2012

Он в силе был, что богу равны.
Там власть его и вширь и вглубь
На все вокруг распространялась
В любую проникая суть.

Основы сами попирая,
Что Род и Сварог дали нам,
Кощей теперь умами правил,
Народов многих. Создавал

Оплот он Пекельного мира
Здесь, на Земле, среди людей.
Бразды прибрал к рукам религий,
Что дали боги, как Завет.

Посланцы нам рекли суть Прави,
Законы божьи для людей
Они несли. Но, боже правый,
Так короток посланцев век!

Они ушли, ученья давши,
Оставив людям, как канон.
Кощей, бессмертным же оставшись,
Стал переписывать закон.

Не раз, не два, а много кряду,
Водил он писаря рукой,
Смущая ум того, в награду
Внушал тому, что вправе он

Вносить поправки в Откровенье.
Логично все! Нет Кривды в том!
Ведь это только поясненья,
К тому, что дАно нам Отцом.

Не все умны, не все способны
Понять Учения слова.
Иносказания огромны
В тех кратких и простых словах.

Заложен смысл в словах подспудный.
И надо донести его
До неофитов скудоумных,
Простых людей, простых чтецов.

И те старались, беса теша!
Вносили Кривды суть в слова.
И изменилась суть Ученья
Теперь не в Правь, а в Навь ведя!

Случилось так, что оставалась
Одна Аркона, как оплот,
Как остров в мире темной Нави,
Чертогов Прави. В этот год,

Что я в учение был принят,
Весть страшная до нас дошла.
Что тайный сговор где-то чинят,
Народы с юга против нас.

Удар то был! Ведь мы, руяне,
Миролюбивы. Битвы путь
Не тешит нас. Не басурмане,
Что беса суть в себе несут.

Живет в нас бог! Мы Световита
Сыны и дщери на Земле.
В Единства пониманье сила
Народа нашего. Вполне

Готовы мы стоять за правду,
За дом и кров, за свой народ.
Но только отражать атаку,
Уж коли враг в наш дом придет!

Но тут угроза не набега!
Германцев, данов, прочих сил
Религия в армаду слила,
Кощей в кулак объединил.

Грозил он с юга им Арконе.
И княжий рог трубил всем сбор.
И спешно стали к обороне
Готовить град наш и простор.

Я было тоже загорелся
К тем сборам спешно приступить.
Но Жрец лишь парой слов неспешных
Мгновенно пыл мой остудил.

Он молвил: - Это все! Арконе
Пришел конец. Готовить град
Пришла пора для Перехода
И житии в иных мирах.

- Да как же так!- я удивился,
- Какой конец! Не в первый раз
Нам предстоит с врагами биться
И их набеги отражать!

Он не ответил. Только очи
Его взглянули на меня.
И остудили. Мраком ночи
И смертью глаз тех глубина

Была полна. – Готовить надо
Аркону к тяжким временам.
Дружину князь сбирает к бою.
Пора за дело взяться нам.

Работы много. Очень много!
Ты помогай! Не вопрошай!
Открою я тебе такое,
Что вряд ли сможешь все понять.

Не думай ты. Тут ум бессилен.
Ты лишь смотри, запоминай.
Я ж объясню тебе посильно
Все что смогу. Пока ж ступай.

Приди ты утром с петухами.
С зарей ко мне ты поспешай.
Поспи, сколь можешь, натощак ты.
Не думай ни о чем! Ступай!

Я сделал все, как повелел он.
Поспал немного. Видел сон,
От коего остолбенел бы,
Коль в чувствах был! В нем сам Додон

С Кощеем бился в жуткой схватке!
В багровом пламени, в клубах
То ль дыма тяжкого, то ль смрада,
Схватился с ним он на мечах.

На равных шла сначала битва.
Почал Додон одолевать.
Но враг недюжинно был хитрым.
Невидим стал. Стал исчезать.

Мерцал, как будто. Раздвоятся,
Троиться стал. Совсем пропал.
Устал Додон. Стал осекаться,
Мечем мимо врага махать.

Кощей же тешился, мерцая.
Жреца щадил, не убивал.
Так, наслажденье получая,
Свою он душу потешал.

Устал Додон. К нему я рвался.
Искала рукоять рука.
Но в руку меч не попадался.
Был безоружен! Вот беда!

Вскочил стремглав я со спросонья.
Я кто!? Я где?! Не понимал…
Лишь только шарил я рукою
Вокруг себя. Как меч искал.

Тут петухи кричать почали.
В окне забрезжила заря.
И я в предчувствии печальном
Скорей к Додону побежал.

Застал его во мрачном виде.
Уставшим был. Изнеможен.
И стан его, и плечи сникли.
Бескровны губы и лицо.

Как-будто в самом деле бился
Он с супостатом кряду ночь!
Про сон ему тотчас открылся,
Чем поразил его, как гром.

- Поди ко мне, - сказал Владыка,
- Ты ночью спас меня, мой друг!
Я в положенье незавидном
Совсем уж был. Но вдруг испуг

Пронзил как-будто супостата!
На миг отвлекся от меня.
Уж рубанул сплеча тогда я!
И надо думать, что попал!

Исчез он в Нави дико воя.
Бежал чтоб рану исцелить.
Я огляделся. И с тобою
Я взгляды тут перекрестил.

Стоял ты грозный и прекрасный!
Как бог сиял и грозен был!
Могуч! Велик! Ты безоружный
Его лишь взглядом пригвоздил!

И понял я, что в этой битве
Кощея мне не сгубить.
Что роком ты назначен биться
И супостата победить!

Хотел я было откреститься
От этой доли и от слов,
Но не успел. Свет появился
Слепящий в горнице. Таков

Был свет его, что солнца ярче!
И глас знакомый с ним возник:
-Ты прав, Додон! Судьбой назначен
Гвидон к сей битве! Победить

Иль пасть ему – мы знать не в силах.
То Рок решит. Ему судьбой
Назначено сразится в битве,
Ее ж исход не предрешен!

Но прежде Меч добыть он должен!
Волшебный меч! Меч-Кладенец!
Лишь тот сразить Кощея может
И положить всему конец!

Но Велесом – Владыкой Нави
Меч-Кладенец сокрыт от глаз.
Могуч он слишком и опасен
Всему, что только Род создал.

В нем Навь и Явь, и Правь со Славью!
Все воедино слито в нем!
В нем Рода суть! Но в мир он явлен!
И с Родом он соединен!

Коль супостат им завладеет –
Положен миру тут конец
Навек быть может! Он посеет
Разруху, ужас, мор и смерть!

Но, слава Роду, что рукою
Добыт быть может не любой!
Подвластен Кладенец герою
С рукой, назначенной Судьбой.

Гвидон – есть он! Пусть он ступает
И меч найдет, чтоб им владей!
Скажи: Пройди все испытанья,
Найди Кощея и убей!

08.05.2012.

Изрек глас волю Световита
И вдруг затих. И свет померк.
А я смотрел на богумила*,
Не в силах слов уразуметь.

* - богумил - верховный жрец Световита.

Что бог изрек? Какую волю?
Меч-Кладенец велел добыть…
Кого он называл героем?
Что делать мне!? И как мне быть!?

Молчанье наше затянулось.
Погружен был Додон в себя.
Ему, как видно, приоткрылась
К победе тайная стезя.

Он долго мыслил. Я надумал
Присесть. Немного подождать.
Подвинул было лавку в угол.
Но надо ж было ей упасть!

Жрец вздрогнул телом. Ясным взглядом
Обвел вокруг, нашел меня.
Он подошел, обнял и молвил:
- Готов ты, витязь? Ведь стезя

Что выбрал ты, и дали боги,
Непроходима, тяжела,
Темна она и кривобока.
Порой не видно ни рожна

На том пути - дороге навьей.
Там путник, словно мотылек
Средь моря буйного. Не властен
Он над стихией. Одинок

Ты будешь там. И беззащитен.
Один наедине с собой
И с Навью – Темной частью Мира,
С Кощеем и его ордой.

Сумеешь ли его осилить?
И устоишь ли в тяжкий час?
Я знаю! Есть в тебе те силы!
Но выбор за тобой сейчас!

Решай, Гвидон! Твоя тут воля!
Коль я смогу, то помогу!
Не в силах в Нави путь с тобою
Я разделить! Но я слугу

Придам тебе в пути жестоком!
Потом увидишь ты его,
Когда очутишься в далеком
Том царстве. Близко ль, далеко ль

-Идти ль тебе? – меня ты спросишь.
Не торопи. Всему свой час.
Быть может, не пойдешь ты вовсе.
Само решится все. Сейчас

Я отойду. Мне зелье надо
Сварить в дорогу для тебя.
Ты ж будь готов. Помойся в бане,
Оденься чисто, влас поправь.

И жди меня. Я скоро буду.
И он ушел. Его не ждал.
Сходил я в баню и в цирюльню,
Оделся чисто, поснедал.

Уж вечер тихо приближался.
Додон все в храме пребывал.
Совсем уж было заскучал я,
Как-будто даже задремал.

Но тут Додон возник внезапно.
Немного даже напугал.
- Не спи! Не спи! – хитро сказал мне:
- успеешь выспаться-поспать!

Ну что? Готов ты в путь-дорогу?
Готов за тридевять земель
Идти и плыть? Готов три года
Искать свою Судьбу иль смерть?

- Не знаю, отче! – я ответил:
- Не ведаю! Сам не пойму!
Но не сидеть же мне на месте
В столь трудный час! Все ж я пойду!

Ты укажи куда идти то!?
Где край тот дальний и чужой!?
И снаряженье дай, владыка!
И лук и меч, и щит какой!

Получишь все. Но наставленье
Вперед всего тебе я дам.
Его ты выслушай! И внемли,
Тобой услышанным словам.

Путь быстрым будет в мир тот дальний.
Глаз не успеешь ты сомкнуть.
Зато уж там тебе блужданий
В достатке будет. Край тот пуст

И населен одновременно.
Там зыбко все, видоизменно.
Там нет границ и четких линий.
Там цвет любой, хоть даже синий

У солнца может быть. Снег красным
Бывает там. Мышь может властной
Над стаей кошек быть. Летучей.
Жара там может быть трескучей.

Мороз там в шубе ходит важно.
И кот сражается отважно
С разбойником и лиходеем.
Страна там славных берендеев.

Снегурка там живет. Русалки.
Там с водяным играют в салки.
Яга живет – Кощею сношка.
Они враги теперь немножко.

Ты уж давай-ка исхитрись!
С колдуньей этой подружись!
Она все знает о Кощее.
Должна помочь тебе на деле.

Не доверяй ей в полной мере,
Она обманет, коль сумеет.
Все проверяй и сердце слушай.
Оно тебе помощник лучший!

Не отвлекайся на обманку,
Что ночью, утром спозаранку,
Весь день деньской и вечер тоже
Твой глаз и слух терзать, тревожить

Всемерно будет. Помни! Морок
Всё в Навьем мире! Быстро ль, скоро
Поймешь ты это, от уменья
Зависит Мира измененье.

Я снаряженье дам в дорогу.
Тем помогу тебе немного.
Возьми мешок. В нем весь припас
Волшебств, что в путь тебе припас.

Потом заглянешь. Не спеши!
А на носу ты заруби,
Что все другое в Навьем мире,
Чем в Яви здесь. Там не в четыре

Сложиться может два и два.
Там быть от тела голова
Отдельно может. Мой припас
Совсем не тот, что видит глаз.

09.05.2012.

Ты убедишься. Посмотри
Что там, в мешке. Его бери.
Вот склянка с зельем. Пей и слушай.
Небось, последний это случай

Меня услышать наяву.
К тебе я больше не приду
Вот так, телесно. Но, быть может,
Услышать голос мой ты сможешь.

Как только трудный час – взывай
Ко мне, к богам! Не помышляй
С Кощеем сладить в одиночку!
Превыше сил задача! Точно!

Поверь мне на слово, герой!
Но не робей! Все мы с тобой
В час трудный будем и опасный!
Запомни! Не такой ужасный

Кощей и вся его дружина.
В себя ты верь! Верь в божью силу!
Когда добудешь Кладенец –
Настанет Темному конец!

В мешок смотри. Запоминай
Что в нем лежит. Перебирай
Ты все руками. Помнить надо
Что где лежит! Вот гребень. Рядом
С ним тридцать бусин янтаря.
Воды две склянки. Набрана
В одну из них вода живая.
В другую мертвая. Та с краю.

Огниво в нем, веретено.
Вдруг пригодится там оно?
Запомни все. В деталях! Точно!
Вдруг надо станет в час полночный?

Ему я головой кивнул.
Запомнил все. Теперь смогу
Найти что надо днем и ночью
Наощупь даже в час полночный.

- Тогда испей, - сказал Додон,
Ты зелья этого еще
Волшебного из малой склянки.
Оно даст сил тебе желанных

Пред дальней, хлопотной дорогой.
И отдохни потом немного.
Я склянку взял и отхлебнул.
Немного ж погодя уснул.

Глава 4.
Сон.

Дал зелья сонного Додон.
Уснул я крепко, вижу сон.
Что на коне сижу буланом.
В доспехах чудного металла.

В хитросплетении кольчуги.
С оружьем воинским. Меч с луком,
И стрел колчан лопаток между.
Добротную дал бог одежду.

Дал сапоги, что на ногах
Сидят, как кожа. В стременах
Ноге удобно, не натужно.
Как хорошо! Не безоружный

Я здесь во сне! Но сон ли это?
Не в силах был найти ответа.
Ни разу так еще не спал,
Чтоб сон и явь не различал!

Рассудок ясным был и чистым.
И взгляд был ясным и лучистым.
И ум был чист, сознанье тоже.
На сон то было не похоже!

Как будто Явь вокруг была!
Господни чудные дела!
Так сон все ж это или явь?
Никак не мог сие понять!

Тогда себя я ущипнул!
Щипок больным был. Я вдохнул
Всей грудью. Воздух просто чуден!
Не сон то будто… -Выйду к людям,

- Подумал я, - А там посмотрим
Куда попал, что происходит
Вокруг меня. Где б ни был я
Мне все равно, коль такова

Моя судьба и божья воля!
Неторопливо тут поводья
Слегка прибрал и потянул.
Конь чутким был, вперед шагнул.

Пошел рысцой неторопливой.
Хорош он был! С раскошной гривой!
Упитан в меру, крепок телом,
И поступь ровная! Летел он

Как будто! Над землей парил!
Ступал он мягко, не пылил!
Но и травы не приминал!
Мой ум никак не понимал

Я все же где? Во сне или в Яви?
Пейзаж вокруг немного странен.
Как-будто лес обыкновенный.
Дремучий несколько. Степенно

Стояли ели вековые.
Во мохнатом мху стволы их были.
Лишайник рос на них ажурный,
В узор сплетаясь не вычурный.

Безжизненным вот только лес
Был почему-то… Что за бес
Всю живность напрочь вывел в нем!?
Трава, деревья, бурелом

Все есть, но только жизни нет!
Ее затихла круговерть!
И птиц не видно и не слышно!
Могильное вокруг затишье

Стояло просто… - Думать надо
Во всем проделки виноваты
Кощея! – быстро я смекнул:
- Во сне выходит я шагнул

В Кощеев мир! В чертоги Нави!
Вон эко как!!! Насколько странен
Сей божий мир! Иль он не божий
В пределах этих? Все ж поможет

Надеюсь мне господь Всевышний
Здесь Кладенец найти-добыть мне!
А мне ж глядеть тут надо в оба!
Не посрамить бы честь и Рода!

Но тих был лес. Безлюден, мрачен.
Шел целый день конь. Озадачен
Совсем я был! Так сколько буду
Вот так плутать в лесу безлюдном!?

Темнеть уж начало. Смеркаться.
И конь устал. Приготовляться
К ночлегу надо было с ним.
Тут огонек в лесу возник.

13.05.2012.

Заблазнил было потихоньку.
Средь леса мельтешил легонько,
Потом приблизился, зарделся.
Потом куда-то вроде делся,

Но появился тут опять,
Совсем уж около, блуждать
Он принялся вокруг да рядом.
- Какого лешего те надо! –

Вскричал в сердцах, и замер тот,
Как будто слышал: – Во дает!
Коль слышишь ты, тогда приблизься!
Во всей красе мне покажися!

И тот послушался. Тотчас же
Он подлетел. Внезапно жажда
Вдруг подступила. Стало сухо
Во рту совсем. Гляжу, старуха

Предстала ясно, во плоти!
Древна была. И зуб один
Во рту лишь только оставался.
Прошамкала: - Милок, попался!

Во вражьи сети угодил?
Боишься? Страшно? Погоди!
Не так еще струхнешь, другорядь*,
Когда Кощей сам соизволит

другорядь (прост.) – в другой раз.

Тебя заметить и приняться
С тобой играть и изгаляться!
Блоха ты, супротив него,
Хоть Родом будь ты порожден!

Кощея тут оплот и место!
Он в силе здесь. Он повсеместно
Одновременно и негде!
В тебе сейчас он и во мне!

Он царь и бог в сем Навьем Царстве!
Над каждой тварью он всевластен!
Зачем пришел сюда, сынок!
Чай головой ты занемог?

Ты идиот? Умом убогий?
На кой сюда принес ты ноги?
- Заткнулась, бабка, ты бы лучше,-
Сказал ей я. Не то получишь

Мечом плашмя промеж лопаток!
Тогда поймешь сколь будет сладко!
Прошамкала она: - Ну ладно!
Смотрю я больно парень ладный

И бойкий ты! Чего те надо
От этого врага и гада?
Кощей зачем тебе, вражина!
Любила, гада, словно сына!

-А что случилось, расскажи!-
Старуху я тогда спросил.
Вопрос был явно ей желанен.
-Присядь, милок, сюда на камень.-

Она сказала: - Расскажу
Тебе историю я всю
Про жизнь свою и про Кощея,
Мне ненавистного злодея!

Спокон веков живу здесь в царстве
В три-на¬-десятом государстве.
Рождения не помню я,
Но помню - не всегда стара

Была я прежде. А красива,
И величава, и спесива.
Издревле женихов немало
Ко мне сватов в хоромы наезжало.

Но только были не милы
Далеких стран иных сыны.
Мил пастушок был, что пас стадо
Скота отцовского. Отрадой

Был глаз моих, души и тела.
И от него я «залетела»!
Любовь, она ведь как игрушка,
Пока на нос не лезет брюшко.

И понесла свое я бремя.
Как поняла, так уж и время
Прошло, что дало бы свободу
От той любви людского плода.

Страх взял меня и пастушка,
Что донесут ту весть уста
До слуха батюшки родного!
Отец мой нраву был крутого

И нас бы насмерть запорол
За ослушанье и позор.
Бежать надумали мы разом.
Собрали впопыхах припасы,

Дождались ночи потемней,
И прочь пустились. Егерей
Послал отец ворам вдогонку.
Но пастушок мой ведал тропку,

Что тайною была для них.
От гончих так оторвались,
Но заблудились на тропе.
Плутали мы незнамо где,

И приблудилися к избушке,
На пнях построенной могучих.
Пуста она была доселе.
Ушли хозяева. Мы с Лелем,

(Так звали моего дружка)
Хоромы стали обживать.
В избе жить дивно было нам!
Была просторной. Но бедлам

Стоял в ней полный! Мы вначале
В избе немного прибирали!
Но кто-то шумно по ночам
Опять устраивал бедлам.

Как будто толпами ходили
В потемках люди. Не следили.
Валилась только утварь с громом
На пол со стен средь ночи темной.

В ночь со стола летели плошки,
В печи горшки тряслись да ложки.
Но не видали никого мы,
Кто был причиной тех погромов.

Привыкли было понемногу
Мы к тем причудам. Слава богу
Не трогали они нас с Лелем
До неких пор. Мое же бремя

Росло по дням и по часам.
И наконец момент настал!
Я в схватках корчилась всю ночь,
Наутро же родила дочь.

И дом сотрясся в крике детском,
С тех пор затихло все в нем резко.
И дочь растили в тишине мы.
До лет ее довольно зрелых.

Красавицей росла она.
И рукодельница была.
И тайна вскоре нам открылась.
Она ведуньею родилась.

Узнали мы о том случайно.
Был лунный день необычайный,
Когда Луна вблизи от Солнца
Видна была весь день. В колодце

Я в вечер набирала воду.
Вдруг зверь невиданной породы
Из леса вышел. Испугалась
Я зверя страшного. Подалась

Я к дочке было, что играла
Невдалеке от сеновала.
Однако зверь проворней был.
Чуть было дочку не схватил.

Но подле вдруг остановился.
Казалось сильно удивился.
Стоял, как вкопанный, дрожа.
Спокойно дочка подошла

И обняла его за шею!
Как вспомню, до сих пор я млею!
А он закрыл глаза и замер,
Похоже в ней родню признал он.

Или хозяйку, что вернее.
Она повисла же на шее
И в ухо что-то все шептала.
И тварь как будто понимала!

Зверь ей порыкивал в ответ.
Так посмотреть – домашний зверь!
Дворовый пес иль кот домашний!
Но этот монстр был настоящий!

С медведя ростом, с конской гривой,
И с пастью страшной крокодильей!
Кто он такой!? Откуда взялся!?
Как возле дома оказался!?

И почему родная дочка
С ним так вот запросто!? Бормочет
Ему какие-то заклятья,
Сжимая страшного в объятьях!?

Недолго длилось то свиданье.
Меня почуяв зарычал он.
Оскалил зубы жуткой пасти
И двинулся. Но наша Настя

Его ударила по носу.
И крикнула, повысив голос:
- Не смей! Не трогай! Уходи!
Не позову – не приходи!

И зверь ребенку был послушен.
Прижав, как пес дворовый, уши
Подался он неспешно в лес,
В дремучих зарослях исчез.

Тогда я бросилась к дочурке.
- Кто он такой, упырь тот жуткий!?
Откуда знаешь ты зверюгу!?
Я чуть не сдохла от испуга!!!

Ответила она спокойно:
- Он не живой. Давно покойник.
Его ты, мама, не узнала?
Ну как же так!? Когда-то звала

Сама Полканом ты его!
Вот это он и есть! Того,
Что знали мы, уж стлели кости.
Теперь такой он. Ходит в гости

Ко мне он сызмальства. Мы дружим
Уж много лет. Он службу служит
И охраняет меня славно,
Когда в лесу я собираю.

Мы говорим с ним обо всем.
Он знает много. И про дом
Он рассказал такие страсти,
Что лучше вовсе бы не знать их!

Наш дом – не дом, и не избушка!
Не скит, не хутор, не церквушка!
Он перекресток на дорогах,
Что протоптали наши боги,

Чтобы сподручнее ходить
Среди Миров им было. Жить
Никто не должен был в сем доме.
Не нужен глаз был посторонний.

Но дом – есть дом. Присмотра ради
Слуга был создан для хозяев.
Из Нави Темной Вий и Велес
Создали сторожа Кощея.

Он худосочен получился.
Зато бессмертен! Навья сила
Была не в нем, но им владела.
Отдельно душенька от тела

Была сокрыта до поры.
Уж очень ненадежен был
Как сторож он и как слуга.
Коварства Навь всегда полна.

И Велес так распорядился:
-Чтоб не зазнался, не забылся,
Кощей, Пускай отдельно будет
Его душа от темной сути.

Тогда им можно управлять
Нам с Вием будет. Может стать
Кощей задумает лихое!
Уж больно место непростое

Определили мы ему.
Здесь сидя, как бы не столкнул
Огромной мощи духов, силы,
Что могут разнести Полмира!

Чтоб меньше было дум, соблазнов,
Пускай он знает всяко-разно,
Что в миг любой простится с жизнью,
Коли неладное помыслит.

Так стал Кощей у переправы,
Что центр меж левым и меж правым,
Что есть мосток меж Явью с Навью,
И Навью с Славью, Славью с Правью.

Повинен тот Кощей быть служкой,
И содержать как можно лучше,
Мосток, что создан в междумирье.
Однако он, прознав о силе,

К которой допустили боги,
Придумал план весьма жестокий,
Как стать властителем над Миром
И, для живущих в нем, кумиром.

Но план - есть план. Он не удался.
Кощей на мелочи попался,
Был взят с поличным и допрошен.
И стой поры был Вием брошен

В горнило Пекельного Мира.
На дно его, где стынет в жилах
От хлада, тяжести и мглы
Вся кровь до льда. Уж там, увы,

Не мог он даже шевельнуться.
Ни двинуться и не нагнуться.
И даже малое движенье
Давалось с тяжким напряженьем.

Но случай вызволил из плена!
Обман то был или измена
Никто не знает до сих пор,
Но изменил он приговор.

И, ускользнувши от охраны,
Он затаился в дебрях Навных.
Сидел он там и думу думал
Как отомстить. И план безумный

Созрел в безумной голове.
Решил он двери отпереть
Из мира в мир для всех попало!
Чтоб тварь любая попадала

Куда желание возникнет,
Куда Кощеев ум подвигнет,
Чтоб Пекла мир смешался с Явью,
Чтоб он и Явь схватились с Правью

За лучший угол и престол.
Чтоб брат на брата бы пошел,
Чтоб все вокруг перемешалось,
Переплелось или распалось.

Но чтоб царил один закон:
Есть в мире царь единый – он!
Кощей Бессмертный и Ужасный
Владыка Мира полновластный!

И ключ нашел к сему он плану.
В руках его он был когда-то.
Избушку быстро отыскал он.
Владенье этаким порталом

Ему сулило много выгод.
Но чтоб задумка получилась
О ней до времени не мог
Он допустить какой-то толк!

А тут внезапно обнаружил,
Что заняли избушку люди!
Живут хозяевам подобно
В его Кощеевых хоромах!

Такого он стерпеть не мог!
Всех извести он дал зарок!
И изводил по мере сил.
Он колдовством дом окружил.

Призвал из Темной Нави тварей,
Что нас в чащобе поджидали.
Но, слава Роду, твари эти
Не выносили солнца света.

И днем мы как-то береглись.
Ночами ж стены так тряслись
От их бесовского разгула,
Что не уснуть было от гула.

Мы по ночам не выходили.
Лишь только сумерки сходили
С небес на землю, укрывались
И на засовы запирались.

Но все же Лель в силки попался.
Он на ночь как-то задержался
В селенье дальнем. Так спешил
Домой вернуться, что решил

Восхода солнца не дождаться.
И до зари домой подался.
Еще петух не горлопанил,
А он уж шел тропою ранней.

И заплутал. Попутал леший.
Навел он морок делом грешным.
Завел он Леля прямо в лапы
Тем тварям, в схроне поджидавшим.

Так за ночь стала я вдовою,
А дочка Настя – сиротою.
И наш с ней век не долго б длился,
Но зверь тут этот появился!

Он стал нас охранять от тварей.
Ему мы жизни доверяли.
И честь свою и души наши!
Он хоть ужасен был и страшен,

Но добр душой и сердцем мягок.
Он хищных не имел повадок.
Был словно пес дворовый нам.
Пощады не давал бы врагам!

Они с тех пор не приближались.
Робели. Зверя опасались.
Была сокрыта в звере сила,
Что ворога остановила.

Все стало тихо и спокойно.
Мы жили тихо и привольно.
Но до поры. В Кощея планы
Мы с дочкою не попадали.

И сам он лично появился
К нам в полночь лунную. Явился
Во всей красе своей ужасной!
Спустился холодом, туманом.

Окутал дом наш и поляну.
Все замерло вкруг бездыханно.
Спустилась смерть на райский угол.
Сердца в груди захолонули.

Остановилося дыханье.
Сковал нас демон окаянный!
Пропали мы уж было с дочкой,
Нас поглощал кошмар полночный.

Еще немного бы – пропали,
И растворились в Навном хладе.
Но боги милость нам явили!
Возник наш зверь в волшебной силе!

Могучий рык сотряс округу.
Очнулись мы. К окну прильнули.
И диво видим. В лунном свете
Схватились в битве жуткой тени!

Одна темнее ночи жуткой,
Вторая светится как будто!
Как будто бьется Свет со Мраком
За первенство в той злобной схватке.

На равных битва шла. Однако
Свет блекнуть стал. И тварь из Мрака
Похоже стала побеждать!
Нам оставалось смерти ждать…

Но диво дивное случилось!
Настена дочка излучилась
Ярчайшим светом! Обратилась,
Во вспышку и во тьму излилась.

Влилась во Свет, что бился с Мраком
И будто сил ему придала.
И с новой силой длилась сеча,
Но ход ее стал быстротечен.

И вскоре сгинул Мрак со стоном
Бессильным, мерзким, страшным, злобным.
И ожил лес и вся округа,
С себя стряхнув ярмо испуга.

С тех пор Кощей не раз являлся.
Но также битым оставался.
Неведомый нас зверь берег.
Покой и мир он наш стерег.

Настена в силу же входила.
Иной раз чудеса творила!
С той ночи стала обращаться,
В зверей различных превращаться.

То горлицей летала в небе,
То ланью кроткой в статном теле
Ходила в дальние края.
То вовсе исчезала. Я

В такие дни была тревожна.
Рассудку было невозможно
Такие чудеса понять.
Она пыталась объяснять

Куда летает, где бывает,
И как из мира исчезает.
Мне не понять было рассудком,
Но чуяла я сердцем чутко

Что родила я не девицу,
Не деревенщину. Царицу!
Ведунью! Мага! Колдуна!
Волшебна Настенька была!

Как будто бог родился в ней!
Но только кто? Моих статей
И ног, и тела не касался
Никто допрежде. Лель остался

Единственным, кто был со мною…
Не мучилась я головою.
Ну бог, так бог! Жить с богом буду!
Душой лишь от того прибуду!

Мне рассказать она пыталась
О тех краях, где появлялась,
О дальних странствиях, мирах,
О Мирозданья этажах.

Но я умом скудна для знания
И для иного пониманья
Устройства Мира и Вселенной.
Живу я только миром тленным

И дочкой Настей. Мой удел
Чтобы горшок в печи был цел,
Наполнен до верху едою.
И дом чтоб полон был покоя.

Она ж иная! Мир ей тесен,
Он полон таинств! Интересен!
Спешит она его познать,
Скорее все о нем узнать!

Душой бойка, умом пытлива,
Наделена волшебной силой,
Но одиноко в мире ей,
Нет друга милого. Лишь зверь

Ей друг извечный молчаливый.
Однажды молвила: - Мой милый
Не в этом мире. Он рожден
Не в Нави нашей, а в ином

Подсолнечном прекрасном мире,
Что в Яви создан божьей силой.
Далек и близок мой дружочек.
Была я там всего разочек,

И сердцем я осталась с ним.
Уж близок час. Соединим
Мы с ним и души, и тела.
Чудны господние дела,

Но ведаю и точно знаю!
Его сюда он направляет!
Прибудет милый мой в наш дом,
Его ты примешь за столом,

И будешь яствами кормить
До той поры, пока прибыть
Мой час заветный не настанет.
Тебе ж задачею престанет

Ему о многом рассказать,
Прошу ему ты передай,
Чтоб ничему не удивлялся,
Душой спокойным оставался.

Пора прийти уж ей настала.
Куда же Настенька пропала?
Да нет! Идет уже! Явилась!
В чужбине видно набродилась.

26.05.12

Открылась дверь и на пороге
Она возникла! Видят боги
Сошла она с небес на землю!
Любая рядом с нею тенью

Была бы, коли оказалась.
Мне в то мгновенье показалось,
Что свет девица излучает!
Сама, как солнышко играет!

На вид была совсем простою:
Наряд бесхитростного кроя,
Простая лента в волосах.
Но, боже мой! Ее глаза!

Две голубых звезды горели
На светлом лике! Пламенели
Вселенским светом первозданным!
Взгляд кротким был и столь желанным,

Как будто видел отраженье
Души своей я! Помраченье
Рассудка, думал, наступило…
Увидел в ней себя! Как мило!!!

Очнулся я: - Вот ты какая!
Настена, здравствуй! Рассказала
Мне матушка о жизни вашей.
А где же зверь!? Уж так ли страшен

Твой сторож странный? Показался
Он в миг другой. Зверь оказался
Огромен, лют, и очень грозен.
Вся дурь пропала. Я серьезен

Стал тут же: - Да! Могучий воин!
Кто он таков? Какой он крови?
Бальзамом в душу голос влился:
- Нездешний он. Сюда прибился

Он волей божьей издалека.
Таких здесь нет. Он одинокий
Скиталец видно. Приблудился.
По божьей воле мне явился.

И вновь мы встретились глазами.
Не лгали очи! Показали
Все верно мне! И нет обмана!
- Ответь мне, Настя! Что меж нами!?

Я чую связь! И не простую!
Как муж, как брат тебя я чую!
Как будто жизнь тебя я знаю!
Ответь мне! Кто же ты такая!?

Я пребывал в смятенье буйном.
Щемило сердце. Ум безумно
Хотел скорей решить загадку
Судьбою данную внезапно.

Она же медлила. – Не знаю…
Мой ум молчит. Но понимаю,
Я сердцем все! С тобой едины,
Как одного две половины!

То не любовь, не страсть, не тяга.
Другое что-то здесь, однако!
И Настенька тут рассказала
Мне откровенно все, что знала.

Глава 5.
Ведунья.

Я помню все! И миг рожденья
Я помню свой, как наважденье.
И даже помню все, что было
Со мной до появленья в мире.

Чудны господние дела!
Я в Яви некогда жила.
Была и парнем и девицей,
Была колдуньей и певицей,

И седовласым ведуном,
Что в Нави мир открыл окно.
Но за открытье поплатился.
Душой надвое разделился.

С тех пор я стала половинной
И к воплощению повинной
Лишь в Нави. В Яви же родилась
Та часть, что прежде отделилась.

Ее не знала вовсе я.
Так половинкой и жила.
Но даже с этой половиной
Я обладала дивной силой.

Могла я разумом проникнуть
В любой предел для всех сокрытый.
Едва мне стоило взглянуть
На вещь какую, на сосуд,

На живность, тварь или явленье,
Как приходило откровеньем
Мне понимание всей сути,
Сокрытого в мирском сосуде,

В той вещи, живности, явленье.
И накрывало откровенье
О смысле, цели, содержанье,
И вещи этой осознанье.

Как будто я была той вещью,
Простой, прозрачной, бесконечной.
Я видела в ней все до крошки,
Как будто мельче пыли мошки

Ее из Света составляли,
Своим движеньем быстрым ткали.
Я объяснить бы не сумела
Того, что видела. Смотрела

И понимала смысл сокрытый,
Исконный, истинный, великий.
Мне просто было с этим Знаньем
И легким миропониманьем

Творить в сем мире чудеса.
Любой, кто видел бы, сказал,
Что не бывает их на свете!!!
Наивны люди, словно дети!

Незнаньем очи застилают
И ничего не понимают!
Да не желают понимать,
Законы божьи познавать!

На самом деле все так просто!
Ответы есть на все вопросы!
Их лишь суметь услышать надо.
И будет Знание наградой!

А мне же слышанье с рожденья
Дано было в сопровожденье.
И виденье, и пониманье,
Творенья акта осознанье.

Как только в силу я вошла,
То слава по миру пошла.
О мне, о Даре. И колдуньей
Меня прозвали. Иль ведуньей.

Толпился день и ночь народ
У нашего двора ворот.
Невидим был он. Издалека.
О нем не знала, слава богу,

Ни матушка, ни кто другой.
Не то не сладили б с собой.
Я ж всех усердно принимала.
Лечила, порчи я снимала,

Наветы, сглазы. Волхвовала.
Судьбы зигзаги раскрывала.
Я упивалась тем занятьем.
Но до поры, пока несчастьем

Не увенчался мой угар.
Я замечала. Словно пар
После леченья оставался.
Не улетал, не испарялся.

Он по углам избы копился.
В щелях меж досок он клубился.
Под лавками сгущался тоже.
И как-то меру преумножил.

В полночный час собрался в тварь он
И сонную меня застал в кровати.
Он навалился тушей тяжкой.
Мне не вздохнуть! – Прощай, бедняжка!

Лишь оставалось мне сказать.
Но друг мой выручил опять!
Ворвался с диким ревом в дом
И насмерть бился со врагом.

И победил он в схватке быстрой
Врага порвав клочков на триста!
С тех пор стократ мудрее стала.
Лечить людей не перестала,

Но только стала вдаль смотреть.
Я их судьбу на много лет
Вперед с тех пор обозревала.
Пред ними вехи раскрывала,

Что предначертаны судьбой.
А выбор их, само собой,
Я всем болезным оставляла.
Законы Карны я познала

И впредь уже туда не лезла,
Где посторонним нету места.
Теперь своей судьбой занялась.
Я очень сильно взволновалась,

Когда в один прекрасный миг
Я осознала: В Яви Принц
Живет среди холмов зеленых!
Он часть меня! Одной мы крови!

Он половиночка моя,
Что некогда разделена
Была злодейкою Судьбою!
Захолонула я душою.

И с той тоски тоска пробрала,
Когда я про него узнала.
Я перестала целой быть.
Тоска меня с тех пор сушить

Почала о духовном брате,
О половине, что когда то
Была моей душой единой.
Задалась целью я проникнуть

Хоть как-то, где-то в Яви мир!
То дерзкий план, однако, был.
Нет навным тварям места в Яви.
Запрещено Законом Прави

Туда без спроса проникать!
Однако ж можно навевать
Подспудно тайные желанья,
Чтоб в Яви жившие созданья

Душою пожелать могли,
Чтоб мы из Нави к ним пришли.
Тогда лишь только не запретно
Нам посетить чертог заветный.

Его я в Яви отыскала.
Ему я много разных слала
Видений, мороков и снов.
Но видно был он не готов

К такого рода восприятью.
Иль может быть на нем заклятье
Лежало, словно тяжкий гнет.
Не вызволить из тех тенет

Его мне из избушки было.
Но Волей Божьею мой милый
Направлен сам был в Навий мир
И здесь меня он навестил!

Ну, здравствуй же, душа моя!
Ведь половина – это я
Твоей души! А ты моею
Спокон веков душой владеешь!

Тут обняла она меня!
Казалось мне? Обволокла
Со всех сторон! Проникла в душу!
Огнем охвачен был я всюду

Тем, что не жжет, а исцеляет
И Светом Божьим наполняет!
Что жизнь несет в себе и негу,
Что нам дает Надежду, Веру!

Что называется Любовью!
Вскипели жилы буйной кровью!
Забилось сердце птицей к клетке!
И я проникся беззаветной

Любовью с ней! К сестре? К любимой?
К моей души частице милой?
Кто мы теперь? И как нас звать?
Как это надо понимать,

То, что случилось в этот миг!?
Да наплевать! Экстаз настиг
Обоих нас. И не до думы
Уж было в этот миг безумный.

И мы слились с ней воедино.
Соединились половины
Души Великой наконец!
Мучениям настал конец.

Она во мне была, я – в ней!
Не плотски! Не было страстей
Таких, как меж двумя полами!
Мы наслажденье получали

От ощущения слиянья
Душ воедино. Состоянье
Словами то не описать!
Нас охватила благодать

Такая, что во сне не снится!
Не парнем были и девицей,
Но Существом, что выше рангом
Живущих в Навном или в Явном

Мирах и прочих закоулках.
Едино сердце билось гулко.
И разум был един в тот миг.
И тотчас молнией постиг

Я суть Исконную свою!
Я богом был рожден! Судьбу
Я выбрал некогда такую
Чтобы душу разделить. Тоскуя

Побыть хоть век неполноценным.
Хотел обогатиться ценным
Я опытом, чтоб понимать
Тех, обреченных проживать

В мирах бездушных и убогих,
Где душ частички перед богом
Несут свой крест в телах ущербных,
И ищут половинки тщетно.

Не души ищут, но тела!
Предивны господа дела!
Затмил он разум людям что ли?
Или слепы совею волей?

Но мы с Настеной не тупицы!
Нашли друг друга мы с девицей!
Пришли в себя. Разъединились.
Но с той поры объединились

Душой во целое реально.
Мы видели ее буквально.
Она лучилась светом ясным
Вкруг нас самих и между нами!

03.06.2012.

Предивным было ощущенье
Такого душ объединенья!
Собою каждый оставался.
При этом как бы я вливался

В нее телесно и душой.
И Настя тоже стала мной!
Слилась в нас Явь и Навь в едино
И создала суть Исполина!

Такого мир еще не ведал.
Был плод такой ему неведом.
Подвластны стали Явь и Навь нам.
Мне с мыслью Настя передала,

Что вот теперь никто не властен
Сгубить и нас и наше счастье!
Ну а потом мне рассказала
О том что про себя прознала.

04.06.2012

Я слушал и дивился диву!
Судьбы затейливы извивы!
Раскрыла Настенька мне тайну,
Что приоткрылась ей недавно:

- Отец мой, Лель, что сгинул топях,
Не сиротинкой был безродным.
В нем княжьей крови чистой половина
Текла всегда. Его княжна родила.

Но зачат был он тайно, мерзко, тяжко.
Кощей снасильничал ее бедняжку,
Взял в час ночной невинную охальник.
Проник как змей в ее опочивальню

И, окуривши дымом- зельем сонным,
Испортил ворог деву непорочну.
И понесла она дитя с той ночи.
А князь, поведав, стал народ морочить

И отводить от рода домыслы и сплетни
До родов запер девку в темной клети.
Как только родила она княженка,
Тотчас забрал к себе рожденного ребенка.

Хотел он удавить сие отродье!
Но как убить!? Ведь половина крови
Была в нем княжья! Это невозможно!
И князь смягчился. Было ведь возможно

Отдать дитя в простые смердов руки.
Пускай живет хоть так. Не княжьим внуком!
И с глаз долой отдал скорей младенца
Вдове посадской дал на радость сердца.

У той же радость долго не продлилась.
Какой-то хворью баба заразилась
Истлела, словно воска тает свечка.
И сын истлел бы. Вовремя замечен,

Подобран отрок братией пастушьей.
И выращен для этой вольной службы.
Так Лель-пастух на белый свет явился.
На нити Судеб узел новый свился.

Потом Судьба свела его с Ягою,
Сплела их жизни тесно меж собою.
И плод любви она явила миру.
Красой-Настеной пару одарил их.

И жить бы в счастье им и томной неге!
Но Зла немало есть еще на свете!
Прознал Кощей о счастье этом сладком.
Узнал, что кровь его течет в ребенке малом.

Вне воли ходят двое супостатской!
Вскипела кровь Кощея злобой адской!
И стал охотится на Настеньку и Леля.
Сжить со свету хотел он их немедля!

Но как, вражина, в этом не старался
Никто в силки его не попадался.
Хитер был Лель и очень к бедам чуток.
От козней разных бесов и анчуток

Он уходил шутя, смеясЬ, играя,
Как будто душу этим потешая.
Но час пришел и все же он попался.
В трясине навсегда лежать остался.

Но был Кощей тем явно недоволен.
Лель сгинул, но теперь ему со мною
Расправиться безумному хотелось.
Не мог он допустить, пока имелась

Его кровинка вне его пределов!
Ведь уязвим он был, пока кипела
Кровь черная не в нем, а на свободе!
Все думал злыдень как меня угробить.

Но происки меня не достигали.
Отпор они от зверя получали.
Намедни вновь Кощей сюда явился.
И зверь опять с ним ночью этой бился.

И в этот раз Кощей его осилил.
Я ж просто куклою была бессильной.
Помочь я милу зверю не смогла.
Лишь только слезы горькие лила.

И смертью лютой пасть бы нам осталось.
Но только ранняя заря занялась.
И сила у Кощея вся иссякла.
Я ж на траве бездыханно обмякла.

А после уж явился ты, родимый.
Теперь мы будем с мамкой невредимы!
С тобой не страшно! А с твоею силой
Мы с этих пор никем не победимы!

И стали с той поры мы жить втроем
Среди лесов дремучих, топей и ворон.
Был темен лес, был сумрачен и глух.
И карканье ворон порой терзало слух.

Но не было счастливее времен
Для нас троих ни раньше, ни потом.
Мы упивались счастием своим,
Хоть помнили, что считаны те дни.

11.06.2012

Глава 6.
Салтан.

Недолго длился мой покой.
Сгущались тучи надо мной.
Прознал Кощей про мой приход.
Теперь мне надо от невзгод

Сберечь и Настеньку и мать.
Не время было горевать!
Задачей стало нам понять
Как ворога одолевать.

И тут Яга вдруг нам сказала.
Я в годы юные слыхала,
Что смертен он, Кощей поганый!
Но смерти нет ему от раны.

От яда нет, нет от огня.
Убить он может сам себя.
Лишь так Кощея смерть настигнет
Но кто на то его подвигнет!?

Не ищет смерти он, не жаждет...
Случайно ли сразит однажды
Он сам себя? Мне невдомек
Как нанести ему урон...

Но руки рано опускать!
Повинны с вами мы искать
Разгадку этакой шараде.
Задумайтесь вы, бога ради,

Где у него, злодея, слабость?
Как побудить нам всем на радость
Его покончить с жизнью счеты,
И нас избавить от заботы?

Ну, Настенька, ведь ты кровинка
Его, злодея . Половинка
Все ж крови этой есть в тебе.
Представь себе, что по судьбе

Тебе бы выпала та доля,
Что у него теперь. Не скрою
Мне больно это говорить!
Но хочется еще пожить!

Подумай, дочка, что Кощея
Заставить может смерть лелеять?
Что побудит его к свиданью
И с жизнью этой расставанью?

Но мысль не Настеньку настигла.
Как откровение постигло
Меня в сей миг? Оторопел,
Насколь прозрачен был ответ!

Был он нелеп и очень прост.
Я Настеньке задал вопрос:
- Закрыт Кощей, неуязвим,
В бою его не победим,

Коварством, хитростью не сладим.
Он тут сильней, будь он не ладен!
Что остается нам тогда?
Умом раскинуть, так нужна

Слабинка в крепкой обороне.
Ты видишь где она? Позволю
Предположить что есть возможность
Достать его приемом сложным.

Он жаждет власти в мире Яви.
Но в Явь проникнуть он не вправе
В своей телесности привычной.
В нем Нави суть. Не может лично

Он в теле появиться там.
Доступно это лишь богам.
И тем, в ком Явь смешалась с Навью.
Ты поняла? Я намекаю

На нас с тобой! Ты - Нави племя.
В тебе Кощея скрыто семя
И кровь его, и жизнь Кощея.
Я ж Навь и Явь в себе имею.

И Правь во мне сокрыта тоже.
Будь мне женой! И вместе сможем
Родить мы сына (или дочку),
Что соберет в себе, возможно,

Все, что несем в себе мы сами.
Его мы в духе воспитаем
Достойном воинском и правом.
Не будет салдафоном бравым,

Но витязем достойным Рода.
Он принесет нам всем свободу!
Смутилась Настенька. - Не знаю...
Такого не предполагаю...

Но мысли ход твоей понятен.
Смутил меня... Что ж. Мне приятен
Твой план. Так это предложенье
Руки и сердца? В нем решенье

Задачи этой? Ради службы
Ты заменяешь браком дружбу?
- Ну что ты, Настенька! - вскричал я,
- Тебя я просто обожаю!

Не мыслю жизни без тебя!
Я жить хочу тебя любя,
Детей семьею дружной теша,
Забыв об этой жизни грешной!

Но долг велит и хладный разум
Препон Кощеевым проказам
Чинить во всем по мере сил.
Для этого и план мой был.

Втроем осилим супостата.
И бабку привлечем, коль надо.
На том мы так и порешили.
Венчались, пожили, родили.

Дал сына Световит в подмогу!
Был богатырь! Подобно богу
Рос не по дням, а по часам.
На ножки сам за месяц встал.

А через два заговорил.
Поесть у мамки запросил.
Он крепок был и резв не в меру.
И вскоре вся изба гудела

От тех Салтановых проказ.
Такое имя бог припас
Для сына нашего. Не скрою
Такое имя для героя

Я сам как будто подобрал.
Но в самом деле имя дал
Наверно бог! Уж больно ладно
Оно для сына прозвучало.

Он рос и рос. Минули годы
Совсем немногие. Природы
Я думал обмануть нельзя.
Но тут же дивная стезя

Была проложена для сына.
Законы напрочь все отринув
Он рос вне Рока и Судьбы,
Как будто нет их, таковых.

Мы жили славно и счастливо.
Учили разуму мы сына
До той поры, пока Салтан
Сам нам задачку не задал.

- Вот вы ответьте, папа с мамой,
Мне на вопрос такой. Вы с бабой
Моею, бабушкой Ягою,
Все не даете мне покоя,

И день и ночь о том твердя,
Что есть опасность для меня.
Что де Кощей тем и живет,
Что только время стережет,

Чтобы скорей меня похитить,
И жизнь отнять и плоть насытить.
Что враг он нам, хоть и родня.
Меж тем другое знаю я!

Не страшен он. Он добрый дед.
Я думаю уж пару лет
Меня он втайне навещает.
Со мной он запросто играет.

Мы говорим о разном, спорим,
Порой доходит и до ссоры.
Но мирно с прадедом живем.
Я не пойму опасность в чем!?

Остолбенели от признанья!
Как так!!! Напрасны все старанья
В охране нашей! В нашем бденье!
Опасность рядом! Мы в смятенье

У сына стали вопрошать:
-Но как пробрался этот тать!?
Как он добрался до тебя!?
Не успеваем выставлять

Препоны мы и чародейства
Против Кощеева злодейства!
Дежурим мы и днем и ночью,
Бдим за тобою непорочно!

Ответил сын: Живем ведь в Нави,
Забыли вы об этом? Право
Нельзя об этом забывать!
Взаимно может проникать

Одно в одно, коль будет тяга.
Кощей нашел меня, однако,
По зову крови. Я ж позволил
Себе поддаться зову крови.

Мной любопытство одолело.
Взглянуть на прадеда хотелось.
Не страшен он. А даже мил.
Со мной он рядом долго жил.

Мне рассказал о власти сладкой.
О силе, мощи своей царской.
Но как-то этим не привлек.
Душой я прост. Я не царек.

Власть не влечет меня. И злато
Над мной не властно. И, однако,
Не зря ж меня вы опекали,
От прадеда остерегали.

Понять, увидеть я желаю,
В чем зло его. Познать пытаюсь
Кощеев мир. Увидеть сам,
Поверить собственным глазам.

И тут Настена взбеленилась!
- Увидеть хочешь! Сделай милость!
Сейчас же пустимся мы в путь!
Увидишь ты такую жуть,

Что сам поймешь про заблужденье,
Что получил от наважденья
И чар Кощеевых! Гвидон!
Седлай коней! Сейчас пойдем!

Собрались мы в мгновенье ока
И тотчас двинулись в дорогу.
Коней я зельем накормил,
Что из огонь-травы сварил.

Они, как ласточки летели.
Травы не мяли в самом деле!
Стремглав домчались до пределов
Земель Кощеевых. Глядел он

И видел сын, что полон мрака
Предел Кощеев. Буераки,
Леса и веси все лежали
Во тьме кромешной. Стал печален.

Как видно он не представлял
Куда попасть досель желал.
- И это что! - сказала Настя,
- То лишь преддверие! Ужасен

За этим мир Кощеев, сын.
Ну что? Мы дальше полетим?
Она пытливо посмотрела.
А сын дума одолела.

Но он кивнул с упрямством твердым.
Был своенравным он и гордым.
Не мог Салтан свернуть с пути.
Покуда цели не достиг.
12.06.2012.

Едва пересекли границу,
Умолкли тут же звери, птицы.
Сгустилась вкруг нас тишина.
Лишь гул земной звучал едва.

Артачится тут стали кони.
Хоть захлещи их! Никакое
Усилье не давало толку.
Мы спешились. И втихомолку

Пошли вперед. Остались кони
Пастись вдали. А мы по воле
Своей и божьей углубились
В дремучий лес. В нем заблудились.

Ни зги не видели вокруг!
И лес был мертв. Тут нас испуг
Подспудно стал одолевать.
Но надо было устоять!

Тут вспомнил я Додонов узел,
Что спину мне весь путь мутузил.
И вспомнил, что меня сбирая
Додон сказал: -Беда какая

Случится вдруг. Открой мешок ты.
Тебя избавит от заботы
Простая вещь, что в нем найдешь,
Коль только сам ты суть поймешь

И назначение той цацки...
Раскрыл мешок я. Без указки
Достал оттуда шар хрустальный.
И вспомнил сразу. Изначально

Додон показывал как надо
Им открывать себе преграды.
Шар не простой был. Света полон.
Усильем мысли мог бы воин

Направить Свет тот хоть куда,
Хоть на предмет, хоть на врага.
В нем сила страшная таилась.
Я захотел, и осветилось

Окрест пространство. Стало баско
Идти вперед. Мы без опаски
Прошли с версту. Заря занялась.
И даже что-то показалось.

Не то дворец, не то хоромы.
Массивны были и огромны.
Стояли черные палаты
Среди обугленной дубравы.

- Я видел их во сне. Он там!
Кощеев дом! - сказал Салтан.
-Но только страшен уж он больно.
Во сне другим был... Недоволен

По виду был сынок. Ну как же!
Кто ж будет рад, когда покажет
Реальность то, что был морочен!?
Что врун твой прадед и порочен!

Сдержал удар Салтан: Как видно,
Хоть это больно и обидно,
Все ж обманул меня Кощей!
Лапши навешал мне, злодей!

Ну ничего! Лапшу стряхну я,
Узнаю истину иную,
Все оценю своим я взглядом.
Лапшу с ушей верну я гаду!

Горяч он был, наш сын Салтан.
Нет! Не задира, не буян!
Но только кровью уж горяч!
Стремглав вперед пустился. Вскачь

Мы ж догонять пустились сына.
Не наломал бы дров, детина!
Но чем мы дальше продвигались,
Тем дальше стены подвигались,

Тем гуще становился лес,
Что вдруг поднялся до небес,
И заслонил собой свет божий.
Навис над нами. Уничтожить

Ужели нас он всех собрался!?
Такой исход не допускался
Никем из нас и не Судьбой.
Удар раздался громовой

Когда я из котомки вынул
Огнива камни. Ими двинул.
Я раз, и два и три ударил.
И искры высек. Трут приставил.

Занялся трут. Дымком пахнуло.
Деревья словно распахнуло.
Отпрянули в испуге вроде!
Да где уж им! Огниво Рода

Додону некогда досталось!
И мне теперь уж пригождалось!
Немощна Навь была над ним.
Самим был Родом он храним!

И нас теперь он сохранял.
От вражьих сил оборонял.
Мы разожгли огнем тем пламя.
И им свой путь мы освещали.

Все дальше углублялись в лес,
Пока вдруг замок не исчез.
Доколь к нему мы приближались,
Выходит дальше удалялись!?

Как так!? Как может быть такое!?
Он наважденье? Иль иное
Мы встретили явленье вдруг?
Но не возьмешь нас на испуг!

Додон великий ведь кудесник!
Он положил в мешок чудесный
Стекло волшебное, что может
Отсеять морок. Нам поможет

Оно увидеть все, как есть!
Его достал я. Так и есть!
Увидел я в него взглянувши,
Что путь избрали не из лучших.

Он вел в трясину вековую.
Еще немного и вслепую
Мы угодили бы в болото!
Но не попали, слава Роду!

А замок разглядел я справа.
Туда и путь скорей направил.
За мной семья пустилась рысью.
Но думал я. Натужно мыслил.

Зачем стремимся в этот замок?
Найдем Кощея. Что же дальше?
Стоять и тупо пялить очи?
И слушать как он нас морочит?

Но глупо это! Нет в тем смысла!
Я ж одолеть его замыслил!
Но как Кощея одолеешь,
Коль представленья не имеешь

О том, как нанести урон?
Впросак попал со всех сторон!!!
Как глупо, что сюда забрались,
Без плана всякого. Зазнались!

Прошла горячка думать стали
Как одолеем негодяя
Подробно вспомнить все должны мы
Все чудные судьбы извивы.

Кощей родня нам всем однако,
Кому впрямки кому хоть как-то.
Но сходства больше, скажем прямо,
У сына нашего Салтана.

И это первый факт голимый.
Бесспорный он, неоспоримый.
Зацепка в нем, понятно нам.
Но как использовать тот факт!?

Я знаю! - вдруг Салтан вскричал!
- Когда я кровью истекал
В день своего свершеннолетья,
(вы ж помните о том?) поверьте,

Тогда ко мне Кощей впервые
Пожаловал. И волком выл он!
Стонал он из последней силы,
Как будто силы исходили

Не из меня, но из него!
Померкло дедово чело.
Взгляд потускнел, потухли очи.
И смерти он был близок очень.

Как будто умирал не я
- Он дух последний испускал!
Забыл уж я про этот случай
Несчастный, глупый, злополучный.

Но есть в нем смысл и нам удача,
Коль мы поймем все однозначно.
Тут слово Настенька сказала:
- Молчала было я, но знала.

Душа одна у вас, сынок,
С Кощеем этим. Видно срок
Для правды этой уж созрел.
Едины вы! Что ты, что дед.

Вернее прадед. Помнить надо,
Что он создал себе преграду,
Когда сгубил родного сына.
Не в том ли есть изъян? И сила

К тебе с поры той перешла!?
Я баба глупая!!! Рожна
Какого мне не догадаться
Доселе было!? Ведь дознаться

Легко смогла бы я о силе,
Когда бы духов попросила!
Конечно так! Теперь бесспорно
Я вижу это! Как позорно,

Что не смогла про то понять!
- Так расскажи скорее, мать,
О чем ты все же догадалась!?
И тут нам Настенька призналась.

14.06.2012.

Глава 7.
Сила.

Не человек я вовсе, знайте!
Но, ради Рода, не пугайтесь!
Я во плоти и перед вами.
И существую я реально.

Но мир устроен очень сложно.
Имеют души в нем возможность
В телах обычных пребывать,
Одновременно проживать

В мирах возможных и пространствах.
Чем больше дух, тем больше шансов
Ему прожить в телах различных
За век один пригоршню жизней.

Коль низок духом, тянешь лямку
Одной ты жизни. И не сладко
Тянуть ее. Довольно скучно.
Идешь ты с Карной неразлучно.

И шаг за шагом топчешь тропку.
За каждый промах возвращен ты
Обратно будешь. Есть Законы.
Не перепрыгнуть их препоны!

Деянье каждое зачтется,
Тебе обратно же вернется.
Идти ты можешь без опаски
Лишь по души своей указке.

Коль выше дух, то больше шансов
Ему в телах родиться разных.
Или не полностью заполнить
Собою тело. И такое

Рожденье будет интересней.
И человека друг небесный
Всемерно будет опекать,
Его по жизни направлять.

Людьми зовется он Хранитель,
Небесный Ангел -Покровитель.
На самом деле же мы сами
Себя по жизни направляем.

Но рост души идет быстрее,
Когда себя она поделит
Частей на несколько и каждой
Судьбу отдельную назначит.

И вяжет нитью их незримой.
Искать заставив половины,
Иль четверти или осьмушки
Самих себя среди живущих.

Коль разумом подняться выше
Нам в мире духа, то услышим
О Ирии, пресветлом рае,
Где наши боги проживают.

Огромны боги, необъятны.
Сложны их души, непонятны.
И боги не чужды изъянов.
Блюдут себя. Детей рождают

В телах они земных и плотных.
И сами в них частично входят,
Дабы очиститься духовно,
Или еще рожна какого.

Их мысли нам непостижимы.
Чего хотят? И чем движимы?
Но только вот со мной случилось,
Что с Ирия в меня спустилась

Сама любви Богиня Лада
Во мне живет! И мне отрада,
Что разум чист и это знаю.
Хоть человеком пребываю,

Но я - она, и связь имею
С собою той, что в высшей сфере
Живет среди садов чудесных
В хоромах Ирия небесных.

И мать моя Яга все знает.
Она ведь тоже не земная.
Ее ты, мой родимый, знаешь.
И имя ей - богиня Макошь!

Стоял я челюстью отвисшей.
Не диво это, коль услышишь,
Что две богини - баба с тещей.
Не только челюсть ты уронишь.

В себя пришел едва едва я:
-Что ж за фигня тогда такая!?
Зачем мне голову морочить!?
Зачем гонять меня средь ночи

Средь Нави темной за Кощеем!?
На кой рожон к нему мы лезем!?
Богини вы? Так в чем же дело?
Так вы волшбой его сумели б
15.06.2012.

Загнать хоть в Пекло, хоть и дальше!
- Ты ничего не понимаешь!
Взмолилась Настя: - Невозможно
Так просто поступить с ним! Сложно

Переплела Судьба с ним нити.
Сестрицы три их вместе свили.
Нам наплели такую долю.
Спросила Долю и Недолю

Я как-то что они хотели,
Когда узор плести засели?
Они такой ответ мне дали.
От Карны де мы услыхали,

Что тот узор особым будет
И принесет спасенье людям.
(Она в ответе за лекала,
По коим мы узор слагаем).

Тогда спросила у нее
Про наших судеб я узор.
Молчала было долго Карна.
Потом мне нехотя сказала.

Коль хочешь, то спроси у Рода.
Он повелел сплести урода
Со всеми вами очень тесно.
Не знаю чем то интересно

Ему, Создателю, однако
Он сам смотрел за каждым шагом,
Пока плели судьбы мы нити.
Пойди и у него спроси ты.

Но к Роду кто пойдет без воли
Его верховной? Соизволит,
Так сам к себе он призовет!
А нам такое житие

Уж проходить и оставалось.
Такая вот судьба досталась...
Постигнуть замысел нам божий
И славу Рода преумножить.

Задумались. Что ж Род хотел?
И замысел какой имел,
Когда судьбы сплетались нити?
Не догадались. Не постигли...

Но было ясно однозначно:
Всем нам поставлена задача
Избавить сущих от Кощея
Не применяя сил волшебных.

Но как тогда? Какою кровью,
Какой потерею здоровья!?
Быть может даже смертью лютой
Заплатим мы!? И Макошь тут-то

Как подпаленная вскричала:
- Я вспомнила! Когда рожал
Салтана Настя, были знаки!
Не поняла я их , однако!

Теперь же вспомнила я ясно.
Он на одре лежал. Показан
И ты, Гвидон. Стоял с ножом ты
Над телом сына распростертым.

И я была. Была там Настя.
Смотрели молча, безучастно
На то, как уходил Салтан.
То наваждение, обман

Тогда я твердо порешила!
Такого бы не допустила
Я даже в мыслях самых тяжких.
Теперь же вам скажу: - Бедняжку,

Кровинку нашу, мила внука,
Убить должны мы! Что за мука
Такая тяжкая на пала!!!
Скажи нам, Род, такая кара

За что дана нам!? Испытанье
Такое дал ты? Наказанье
Иль это за грехи какие?
Салтан в чем пред тобой повинен!?

Молчал Верховный. Без ответа
Остались все стенанья эти.
Всем ясно стало. Только кровью
Мы причиним урон здоровью

Кощея, что бессмертье спрятал
Во чреве внука. Я заплакал
Не мог рыдания сдержать.
За мной завыла теща. Мать

Залилась горькими слезами.
За что такое наказанье!?
Салтан стоял же истуканом.
Смотрел на нас потухшим взглядом.

Промолвил только: - А ведь верно!
Ему всегда ведь худо было,
Когда мне было не до смеха.
И рад он был, когда утеха

Меня порою посещала.
Когда же кровью истекал я,
То он корячился в припадке
Стеная, как в последней схватке.

Все верно! Смерть его во мне.
Урон я нанесу себе.
А вы мне только не мешайте!
Судьбы узор не нарушайте!

-Постой! Не ты себя погубишь!
-Сказал тут я: - И ты не будешь
Здесь предрешенность изменять.
Ведь над тобой с ножом стоять

Я должен был в виденье прошлом.
Все верно? Подтверди-ка, теща?
И нам Яга в ответ кивнула.
- Все верно. так Судьба вильнула.

Его, отец, отправишь в Ирий.
А Род решит, как с остальными
За грех тот тяжкий поступить.
Но только со свету изжить

Кощея так, злодея, сможем.
И тем конец его положим
Делам и проискам, и злобе.
Навек закроем крышку гроба.

И помрачнела больше ликом.
Совсем ей сделалось тут лихо.
Обнял тогда Салтан бабулю.
Сказал ей: - Так тебя люблю я,

Что сердце щемит очень тяжко.
Ты не рыдай о мне, бедняжка.
Все происходит волей Рода.
Не нам решать того исхода.

Простился с Настенькой, со мной,
Отвесил всем поклон земной,
И лег на орд он смертный тихо.
Сказал мне: - Что ж, отец, не лихо

Пусть будет жилы мне открыть.
Просил его меня простить
За зло такое и легонько
Кровь отворил. Раздался злобный

Не вопль, не крик, но рык звериный
Со всех сторон. Кровь стыла в жилах.
Поднялись дыбом волоса
У всех у нас на головах.

Со всех сторон метнулись тени
К салтанову недвижну телу.
Обволокли со всех сторон,
Стараясь прекратить урон,

Остановить потоки крови,
Кощея сохранить здоровье.
Но я не дал! Достал огниво,
Что Рода пламенем светило,

Извлек на свет хрустальный шар,
Что Свет Верховный сохранял.
И запалил единым разом.
Спалил огнем священным гадов.

Одним хлопком все полыхнули.
Но тень увидел я иную.
Шел на меня Кощей из мрака.
Едва влачился. И хромал он.

Как видно и ему досталось,
И сил немало вдруг отнялось.
Едва он жив был. Но упрямо
Он шел на нас, горя глазами!

В них столько черной злобы было,
Что нас она б испепелила,
Когда бы не было защиты.
Из шара светом мы прикрыты

Надежно были. Он уперся в свет тот
И подле распростерся.
Совсем Кощей лишился сил.
Но и Салтан едва был жив.

Не знали мы что дальше делать.
Спасать Салтана? Так к Кощею
Обратно силы все вернутся!
Что делать нам!? Салтан очнулся

И прошептал: - Уйти мне дайте.
Крепитесь и не унывайте.
В ином увидимся мы мире.
Меня о том предупредили.

И он исчез, как растворился!
Ярчайшим светом к небу взвился
И растворился в облаках.
Кощей же тут же весь обмяк

И дымом черным стал вражина.
Потек он шлейфом до низины
И просочился сквозь болото,
Уйдя под землю иль под воду.

Исчез навеки. Сгинул в Пекле.
Теперь не вырвется, наверно.
В нас горе с радостью смешалось
И болью в сердце отозвалось.

Потеря сына больше горя.
Скорбел своей я смерти боле.
Но что поделать тут? Ведь надо
Вернуть нам тварь в темницу Ада!

Иначе бы погибли все мы.
Когда бы стал Кощей сильнее,
Тогда б взял верх он над Салтаном.
Хоть так, хоть так его б теряли...

Мы огляделись. Мир вокруг
Стряхув с себя весь страх, испуг,
Стремительно преображался.
Как будто вновь на свет рождался.

Светлело небо, пели птицы,
Вода забила из криницы.
И потекла ручьем звенящим,
Все по дороге оживляя.

Трава пожухлая поднялась.
В деревьях соки вверх подались
И распустилися листвой.
Боролась радость в нас с тоской.

Что делать далее не знали.
Я вспомнил вдруг тут про заданье,
Что дал мне некогда Додон!
Свершилось! Я нанес урон

Кощею больший, чем мечтали!
Лишили плоти и загнали
Его мы в Пекло бестелесным.
Пускай там вечно тешит бесов!

Теперь не в Нави и не в Яви
Ему не властвовать, не править!
Но уходить я не хотел!
К семье своей я прикипел

И не желал с ней расставаться.
Хотел я здесь навек остаться!
Но видно на судьбе иное
Мне начертали. Вдруг со мною

Случилось нечто. Таять стало
Все то, что прежде окружало.
Все зыбким стало и прозрачным.
И тут услышал я: -Задачу

Ты выполнил свою, Гвидоша,
Пора вернуться в мир пригожий.
Пришла пора покинуть грезы.
Оставить горе там и слезы.

Нельзя в них долее быть срока.
Не обойти нам волю Рока.
Додона голос был! Узнал я!
- Открой глаза, приди в сознанье!

Открыл глаза я. Вижу! Что же!
Лежу я там, куда положен
Был прежде я! В мгновенье том
Едва не тронулся умом!

Смотрел вокруг я ошалело.
Додона видел. Что за дело
Такое вышло!? Был ведь там я
В своем уме, в своем сознанье!

Телесно был! Со всею плотью!
Ответить тотчас соизволь мне!
Не беленись! Окрепни малость!
Я знаю как тебе досталось!

Приди в себя, попей отвара.
Все расскажу тебе, что знаю!
Охолонул немного я.
Затем, едва в себя придя,

Я рассказать просил Додона
Про все, что знал он. Тот охотно
Поведал мне про то, что было
И наяву и в Навьем мире.

Глава 8.
Владыка Арконы.

Проспал я две недели кряду.
Не пил, не ел, не просыпался.
Иссох, как мумия какая.
Едва дышал. Меня пытался

Уж разбудить Додон. Но где там!
Я сам того проделать не дал.
Послал его ко всем чертям,
Хотя про то не ведал сам.

В тот день, когда я в сон пустился
Туман на город опустился.
Был липким он и очень мерзким.
Болеть тут стали люди резко.

До смерти даже доходило.
Но сто жрецов в округе было
На схватку с Тьмою созвано.
Прогнали мерзость. Решено

Меж ними было, что туманом
Кощей проник к нам в Явь незвано.
И получили подтвержденье.
Град окружило данов племя.

И с ними множество народа
Племен других. Вороны словно
Собрались править они тризну.
Не дал народ сгубить отчизну.

Собрали разом ополченье
И отогнали вражье племя.
Затем пришли другие страсти.
В ночи Кощей был в силе. Властью

Своею навьей колдовскою
Он не давал жрецам покою.
Во многих обликах являлся,
Толпами призраков слонялся

По граду нашему Арконе.
Сумел испить он много крови
У крепко спящего народа.
Постановил тут воевода,

Додона слушая указку,
Все серебро собрать. Приказ тот
Был выполнен почти мгновенно.
Затем серебренные стрелы

Сковали в кузницах Арконы.
И перебили ими вои
Все это вурдалачье племя.
Утихли происки на время.

Но вновь беда пришла в Аркону.
Послал захватчикам в подмогу
Союз враждебных королей
Армаду лучших кораблей.

И воинов на них без счета
Приплыло биться. У народа
Уж опустились руки было.
Но обладал великой силой

Верховный Жрец. Он знал и ведал,
Как одолеть все эти беды.
Он чрез меня тут обратился
К моей супруге. И взмолился:

- Богиня Лада! Сделай милость.
За нас великая б вступилась!
Прошу тебя! Прости ты Макошь,
Чтоб подняла волну! Ведь знаешь,

Что тело мужнее со мною.
Грозит ему налет бедою!
И видно Настя услыхала!
Как будто матери сказала!

И та вступилась за Аркону!
Без ветра день стоял в ту пору,
Но вдруг волна поднялась в море.
На радость нам, врагам на горе.

Огромный вал стеною встал
На горизонте. Двинул к нам
И захлеснув армаду разом,
О скалы берега размазал.

Потом мы, сколько не старались,
Нашли в песке лишь щепок малость.
Все унесла вода с собою,
Армады след сокрывши в море.

И ликовал народ Арконы!
Он славил Макошь! За свободу
Благодарил он щедро жертвой
На алтаре. Он гимны пел ей!

Не знал он только, что свобода
Через тебя дана и Рода.
Так спасена была Аркона
На время Макошью. Свободно

Могла окрепнуть без набегов.
Досыта бед сейчас отведав.
Но то не все суть испытанья
закончились тогда. Сказал мне

Додон, что радовались рано.
Хитра Судьбинушка, коварна.
Последним было испытанье,
Когда по мне прошло мерцанье.
17.06.2012.

И стал я меркнуть и казаться,
То исчезать, то появляться.
Додон решил, что дело плохо.
Кощея верх берет. К исходу

Готов Верховный был к любому.
Но только не дал он такому
Исходу дальше продолженья.
Велел жрецам всем на моленья

Собраться в храме или подле.
И обратившися с мольбою
К богам всем нашим родовым
За всех славян он попросил

Когортой божьей заступиться.
За наши жизни им вступиться.
Дошла ль мольба та до богов,
Иль Божий Промысел таков,

Но все ж мерцанье прекратилось.
Меня накрыла божья милость.
С тех пор немного дней минуло,
Меня Судьба домой вернула

С победой славной над Кощеем.
Род пощадил Арконы стены.
Свою свободу отстояли
Мы в божью славу. Лишь печали

Прожили траурные дни
Собрали мы со всей земли
Совет старейшин и жрецов,
Торговцев, воевод, купцов,

Сословий всех больших и малых
Мы на совет людей позвали.
Решить должны мы были миром
Как дальше жить, как дальше быть нам.

Аркону ль дальше защищать,
Другое ль место поискать
Для жизни тихой и спокойной.
Исход такой был подготовлен

Жрецами нашими заране.
Уйти могли дорогой Прави
Мы в мир иной хоть всем народом.
Там все заранее готово

Уж было к нашему приему.
Молчанье было нездорово,
Когда об этом жрец поведал,
Который делом этим ведал.

Был подготовлен переход.
Додона тут настал черед
Сказать решающее слово.
-Уверен я, что вы готовы

К отходу этому, собратья.
Что мы теряем? Тряпки, платья,
Дома, конюшни, корабли?
Леса и пашни? Так земли

И там достаточно пребудет!
Я был! Я видел! Славно люди
В том мире, что лежит в пространстве
Между Миров, не в нашем царстве.

Не страшен путь тот и земля.
Поверьте мне! Повидел я
Немало всякого на свете!
Не будет горя вам и детям

В том мире сиротно и тяжко!
Свободен он от муки тяжкой
Обороняться от злодеев.
Нет горя там и лиходеев,

Что жаждут нашего богатства!
Так что, родимые, мы в царство
Идем иное или смерти
Дождемся тут. Уж мне поверьте

Что долго смерти нам ждать.
Огромную сбирает рать
Враг вечный наш супроть Арконы.
Ему неведомы препоны,

На все пойдет, чтоб победить
И жизни наши погубить!
Так что решайте: быть ли биту
И средь родных полей убиту

Иль всем податься в дальний путь,
В иную землю, что зовут
Эдемским садом в Новом Свете.
Решайте же, Арконы дети!

И Дружно вверх взметнулись длани:
-Веди, Владыка! В твоем праве
Вершить судьбу теперь Арконы.
Мы ж будем впредь тебе покорны.

И поступать даем мы слово
Отныне по твоим законам.
Додон им в пояс поклонился:
-Не сомневался. Не решился б

Просить я вас о том решенье.
Иного нет у нас свершенья.
Чем в тяжкий час дома оставить
И в мир другой стопы направить.

Оставить скарб весь здесь придется.
Лишь малый вес туда возьмется,
Настолько узкие врата
Ведут в тот мир. Туда-сюда

Жрецы лишь могут возвращаться.
И то немногие. Прощаться
Настало вам со скарбом всем.
Возьмите только вещи те,

Что помещаются в котомке
Заплечной. Коль возьмете больше
То можете и не пройти.
Застыть в безвременье в пути.

Не позавидую той доле.
Поверьте! Не берите боле!
Идите. К вечеру собраться
Прошу у храма всех я, братцы.

Готовить будем переход
С жрецами у Святых Ворот.
Смеркалось уж. Толпа собралась.
Все больше площадь наполнялась

Руянским племенем угрюмым.
Как не мрачнеть, когда все думы
Остались там, в домах родимых.
Молчали люди нелюдимо.

Но как крепка была их воля
И вера в жреческое слово!
Горели верою глаза!
Все будет как Додон сказал!

Пойдем мы край в обетованный
Дорогой ранее не знанной!
Совсем стемнело. Ночь настала.
Луна с небес совсем пропала.

Додон к нам вышел. Молвил тихо:
-Ну что, руяне, кинем лихо?
На этом свете мы оставим
Худое все. Свой путь изладим

К далеким и зовущим звездам.
Не бойтесь вы! Все это просто,
Коль знаешь Звездные Врата.
Не зря позвал я вас сюда!

Вы верно сызмальства ходили
Через Врата сии святые,
Не думая, не подмечая
Себе того, что их назвали

Так неспроста. Не храма ради.
Они прорехою в ограде
Поставлены для виду только,
Чтоб не проведал ненароком

Коварный ворог назначенье
И их великое значенье.
Спокон веков жрецы ходили
Чрез них на версты и на мили

Такие дальние, что жутко
Представить дали те рассудку.
Пришел теперь и ваш черед.
Врата последний подожжет,

Чтоб не проследовал наш ворог.
Вернемся мы сюда не скоро.
Быть может только внуки наши
Увидят вновь Арконы башни,

И кремль и храм, коль будут тут,
И коль враги их не сожгут.
Ну что ж , народ? Пора в дорогу!
Сказал Додон: - Молитесь богу.

Просите, други, Световита,
Чтоб те ворота он открыл нам!
Толпа колени преклонила.
Не раболепно. Чинно- мирно

Молитву дружно петь почали
Родному богу все руяне.
И он молитву видно слышал.
В толпе невольно кто-то вскрикнул.

Рукою указал в ворота.
Они светились. Будто что-то
Их створ отдельно освещало.
Свечение сначала малым,

Едва заметным ночью было.
Потом окрепло. Засветило
Все ярче! Светом ясным стало!
Собой округу освещало.

Налился силой день в воротах.
-Туда идти? - раздался робкий
Глас из толпы: - В огонь? В полымя?
Сгорим все заживо! Погибнем!

- Не бойтесь, други! Это пламя
Не жжет огнем, не опаляет!
То Божий Свет! Иная доля
Нас ждет за ним! Вперед! За мною!

И первым в Свет шагнул Додон.
И я за ним. За мной еще
Другие люди поспешали.
Не суетились, не роптали.

Все верой праведной горели
Увидеть мир иной хотели.
Аркона наша опустела.
Потухла вся. Осиротела.

Безлюдна и мертва стояла
Врата лишь пламенем пылали.
Но то уж видеть не могли мы.
Вперед смотрели. Было дивно!

Уж мир иной предстал перед нами!
И свет иной за облаками!
Трава иная и деревья!
Совсем иначе птицы пели!

А воздух вовсе был пьянящим!
Так первый день был нами начат
И год другой, и век и эра
Но разговор на самом деле

Закончен наш. Конец рассказу.
Закончен он вот этой фразой:

Арконой жил, Арконой жив,
Аркону вечно помнить буду.
Волны рокочущей прилив
Что день и ночь терзает Рюген.

Стрижей стремительный полет
На крыльях быстрых над водою.
Брег величавый и крутой,
Что гордо терпит муки моря.

Сосновый бор на гребне скал.
Прозрачный воздух полон соли.
Крикливых чаек резкий гвалт,
Что сердцу радостен до боли.

Веков прошедших череда
Длинна, как караван торговый.
Проснулась память! Навсегда
Горит в сердцах огонь Арконы!

23.00 18.06.2012 Пермь. Закамск.
Отредактировано 26.09.2014 20.35.
Добавлено: 21:33 16.10.2014
Оцените:
Читать следующее →
Просмотров всего: 398
Из них, зарегистрированные авторы: 5
Добавить комментарий к произведению
Написать анонимно
Хотите опубликовать свои стихи? Зарегистрируйтесь
Полезное
Справочник литератора
Крылатые выражения
Английские цитаты
Биографический справочник
Афоризмы
Лучшие стихи
Лучшие авторы
  • НаталиЯ Великолепная
  • Алексантин
  • Камилла
  • Марусечка
  • Kemerov_S
  • Андрей Бонди
  • Грей Рейн
  • Алька
  • Бессонница
Похожие стихи
Яндекс.Метрика Rambler's Top100