Сюрприз мне милая готовит,
Подарок для моих утех.
С ней рядом даже чёрт не спорит,
На губках алых замер смех.

Не стал до завтра дожидаться
И любопытство разжигать,
Прошу развратницу признаться,-
С кем ты мечтаешь погулять?

Она лукаво отвечала,
Что будет лучше подождать,
Его лишь имя она знала,
А тайны все решит кровать,

Что разделить она желает
С мужчиной зрелым и шальным.
В тоске с женой он прозябает,
С другой же будет секс иным,

Таким загадочным, бурлящим,
Открытьем нового для всех,
И наслаждением искрящим
Необычайных тех потех.

Вот утро блуда наступило,
Тебя я начал собирать.
Всё любовался, как красиво
Бюстгальтер облегает стать.

Смотрел, как в душе освежалась,
Готовя тело для разврата,
Как чисто выбрить всё старалась,
Чтоб было поглядеть приятно.

Прощальным лёгким поцелуем
Ты наградила муженька
За то, что мы тебя балуем,
И убежала. Так легка

Твоя спортивная походка,
Летит она, как по волнам,
В огромном море, словно лодка,
Была ты здесь, сейчас уж там.

Проходит день и наступает
Веселья вечер роковой.
Ты сообщила, что встречает
Тебя любовник молодой.

С тех пор часы идут, как годы,
Я не могу ничем заняться,
И мне родного дома своды
Чужими будто становятся.

Проходит час, другой, четвёртый,
Известий новых нет и нет.
В квартире воздух очень спёртый,
И сердце стонет, как фальцет.

Сомнений полон дух смятенный,
Так это то, чего ты ждал?
И этот ангел, мне явленный,
Такою болью награждал…

Вдруг тишину разрезал звук,
Звонок волшебный телефона:
«Всё хорошо. Держись, мой друг!»
И дальше, - ниже на полтона:

«Он мною обладал прекрасно,
Ещё чуть-чуть и еду я,
Скажу – всё было не напрасно,
Устала милая твоя».

В груди всё бешено забилось,
К вискам кровь резко прилила,
Что мы хотели, то случилось,
Внезапно, как укус шмеля.

Пришла. И розу принимаешь,
Целуешь нежно и потом
Себя ты жадно обнажаешь,
Со мной играя языком.

Смотрю, мгновенья не считая,
Ты так чудесна и стройна.
Вхожу в тебя я, словно тая,
И плоть твоя так хороша.

Запретный плод мы с ней вкусили,
Нам было просто не до слов,
И на алтарь мы положили
Раздумья грешных наших снов.